GGi Logo  
         
   
       
 
 
 
 
 
Cанкт-Петербург
наб. реки Смоленки, д. 33, литера А,
ТБК «На реке Смоленке», офис 4.78 телефон (812) 327 72 26
office@clc-spb.ru
 
 

<< Архив новостей

Экс-акционеры ЮКОСа попросили признать решение Гаагского суда в США

Как рассказал РБК глава GML Тим Осборн, компания обратилась в Окружной суд Вашингтона в декабре 2014 года. Регистрация решения гаагского арбитража, который летом прошлого года присудил бывшим владельцам ЮКОСа $50 млрд, – ​это первый шаг для дальнейших судебных слушаний, в ходе которых GML попытается отсудить активы России в Соединенных Штатах.

Осборн подчеркнул, что GML намерена через суд добиваться ареста имущества России в других зарубежных государствах. Он не стал называть эти страны, однако, по его словам, это, скорее всего, будут Великобритания и Германия.

GML сохранил юристов, которые работали с компанией во время арбитражного процесса в Гааге. Речь идет об американской компании Shearman and Sterling. Именно она будет представлять интересы GML в США и Франции. В других странах GML рассмотрит возможность привлечения местных юрист​​​​ов.

GML совершила первый шаг в будущих тяжбах с Россией уже после того, как последняя 10 ноября подала апелляцию в Окружной суд Гааги об отмене решения Третейского суда.28 января Москва зарегистрировала три ходатайства в Окружном суде об отмене арбитражных решений. Как комментировал РБК советник юридической компании «Юков и партнеры» Всеволод Миллер, Россия подала просьбу об отмене решения (motion to set aside), но не просила его приостановить.

По словам Миллера, ходатайствовать о приостановке решения суда можно только после того, как GML начнет добиваться исполнения решения. Для этого GML еще придется найти активы, принадлежащие России за рубежом, и доказать местным судам, что Россия использует их с коммерческими целями. Только после этого на них можно наложить арест, чтобы затем конфисковать во исполнение решений Третейского суда.

С 15 января этого года на сумму в $50 млрд стали начисляться проценты – около $2,4 млн в сутки.

Окружной суд Гааги начал рассмотрение российской жалобы на решение по делу ЮКОСа 28 января. В данном случае речь идет лишь о начале «письменной процедуры», в то время как дата первых слушаний даже не назначена.

Немцы и швейцарцы

Ранее Россия по схожим делам судилась с гражданином ФРГ Францем Зедельмайером, а также со швейцарской компанией «Нога». В июле 2014 года Зедемальмайер в интервью РБК заявил, что он является единственным иностранным инвестором, которому удалось через суд добиться компенсации у России. В 1998 году Арбитражный суд Стокгольма присудил ему $8 млн. Эта сумма включает себя как компенсацию, так и проценты с $1 млн, который он вложил в реставрацию особняка в Санкт-Петербурге в начале 1990-х годов. Особняк был затем передан в собственность управления делами президента.

Зедельмайер отсудил у России часть торгпредства в Швеции и пытался отсудить здание торгпредства в Кельне, но в последнем случае Москве удалось отстоять свои права.

В летнем интервью РБК Зедельмайер также заявлял, что зарубежная собственность РФ оценивается в €2–3 млрд, а собственность госкомпаний – в €150 млрд. По словам инвестора, российские компании, принадлежащие государству, будут ограничены в своей работе за рубежом, так как под вопрос будет поставлено «само существование представительств и дочерних обществ госкомпаний». 

В середине 1990-х годов швейцарская компания «Нога» судилась с Россией, пытаясь получить оплату за якобы поставленные в страну товары. Москва последовательно отрицала наличие задолженности, однако целый ряд международных судов, включая Арбитражный суд Стокгольма и трибунал Парижа, признавали правоту швейцарцев. В результате претензии «Нога» были отвергнуты Верховным судом Швейцарии в 2007 году. 


Подробнее на РБК:
http://top.rbc.ru/economics/09/02/2015/54d89dcf9a7947509719b8e1

 
   
© CLC, 2009. Все права защищены.
Rambler's Top100  
 
Данный ресурс и информация размещенная на нем защищены законами об авторских правах РФ и международными соглашениями.
Незаконное воспроизведение или распространение графической, текстовой информации или ее части влечет гражданскую и уголовную ответственность